Как зареченцам проверить лицевой счет дома?

«В доме ничего не делается», «ремонта не было сто лет», «только трубы проверяют» – такие жалобы зареченцы регулярно озвучивают при обращении в администрацию и пишут в социальных сетях. Мы решили выяснить, как на самом деле тратятся деньги за «содержание жилья», можно ли этот процесс сделать прозрачным и почему тариф в 14 рублей – это сомнительная экономия.

Тариф – это не зарплата «управляйки»

Первое, что важно понять: деньги, которые мы платим по строке «содержание жилья», не оплата услуг управляющей компании. Это бюджет всего нашего дома.

«В тариф входит все, что прописано в постановлении Правительства РФ № 290 – минимальном перечне работ по содержанию многоквартирного дома, – объясняет представитель управляющей компании Дмитрий Кривов. – Уборка подъездов и территории, обслуживание инженерных систем; крыша, фасад, фундамент. Плюс работы, которые мы выполняем через специалистов, относительно лифтов, газового оборудования, приборов учета. Сократить этот перечень нельзя, даже если прописать в договоре».

То есть, даже если управляющая компания подпишет с нами договор, где вычеркнет половину работ, контролирующие органы все равно обяжут выполнять минимальный перечень. Это закон.

Сколько оставляют себе?

Самый болезненный вопрос. Зачастую мы слышим категоричное: «Управляйка» гребет деньги лопатой!» На деле доля управленческих расходов, включая содержание аппарата, биллинг, паспортно-учетную группу и прибыль, составляет всего 8–10 %.

Остальные 90 % – это деньги на дом. И вот здесь начинается главная проблема. 

Точнее, даже несколько проблем. Во-первых, почти каждый двадцатый зареченец имеет «коммунальные» долги, поэтому 100-процентной собираемости у «управляек» не бывает. Поскольку у нас гиперсоциальное государство, взыскать долги в полном объеме практически невозможно. Это значит, что если жильцы дома недоплатили, скажем, 100 тысяч рублей, дом лишится на эту сумму каких-либо работ, которые могла бы выполнить его управляющая компания.

Во-вторых, сегодня тарифы на содержание жилья в Заречном – одни из самых низких. Есть дома, где платят 13–14 рублей за квадратный метр. 

«Экономически обоснованный тариф, по всем расчетам, должен быть от 25 рублей и выше, – говорит Дмитрий Кривов. – Но и это не потолок. В Пензе, например, новые дома с охраной, консьержами и гаражами платят больше. А у нас максимальный тариф – 27 рублей, и то для домов со всеми степенями благоустройства и лифтом».

Что это значит на практике? При тарифе 14 рублей дом собирает полмиллиона рублей в год. Из них надо заплатить дворнику, уборщице, сантехнику, электрику, открыть-закрыть отопление, убрать территорию, вывезти мусор, отремонтировать подъезд. Плюс налоги, НДС, бензин для трактора.

Чем ниже тариф, тем меньше работ можно выполнить. Хотите чистый подъезд, отремонтированную крышу и качественное обслуживание – тариф должен быть адекватным. Это не жадность управляющей компании – это арифметика.

Проверка труб – условность?

Это, пожалуй, самая стойкая претензия: приходят, трубы посмотрят – и все. На деле за данной процедурой стоит отлаженный механизм.

Действительно, дважды в год дом проходит полное обследование. Специалисты проверяют электрику, сантехнику, кровлю, подвалы. Каждая служба обследует свой участок. По итогам составляется план ремонтно-предупредительных работ, чтобы избежать аварий в доме. 

В разгар отопительного сезона системы осматривают еженедельно, летом – реже. Это не прихоть, а необходимость: вовремя заметить утечку, не допустить разморозки, удержать тепло в доме. Специалисты, которые занимаются диагностикой, также получают зарплату из того самого тарифа, который жители порой считают непомерным. По итогам всех осмотров оформляется паспорт готовности. Его подписывает Министерство ЖКХ. 

«Мы первого сентября уже получаем этот документ на каждый дом. То есть фактически подтверждаем техническую готовность к отопительному периоду», – объясняет Дмитрий Кривов.

Так что «трубы проверяют» – это не пустая строка расходов и не бездействие. Это обязательный минимум, который управляющая компания выполняет всегда. Другой вопрос: замечаем ли мы это? Обычно нет. Замечаем, когда где-то что-то прорвало. А до этого просто живем в тепле и комфорте.

Как распорядиться накоплениями

Вот здесь начинается самое интересное. Если у дома есть активный совет или старший по дому, накопленные средства можно направить на конкретные работы.

«Председатель совета дома может планировать: какие-то работы подрезать, не обязательные, и накопить сумму на что-то более дорогое – малые архитектурные формы, ремонт, – поясняет Дмитрий Кривов. – Продуктивнее при этом взаимодействовать с управляющей компанией. Мы и документы поможем собрать и оформить, бумажной волокиты никакой не будет».

Пример – дом на пр. Мира, 84. Старшая по дому Ольга Коршунова ежегодно запрашивает у «управляйки» акт выполненных работ. Тариф здесь – 20 рублей 46 копеек. За 2–3 года удается накопить небольшую сумму «сверху». На совете дома решают, куда ее направить. 

«В этом году установили пластиковые тамбурные двери в подъездах, – рассказывает Ольга Валерьяновна. – До этого поменяли почтовые ящики, радиаторы, сделали косметический ремонт. Всем жильцам нужно учиться рачительно распоряжаться собственными средствами, проявлять инициативу. Тогда жизнь можно сделать комфортнее».

Совет дома не просто заказывает работы – он контролирует, как подрядчик их выполняет. Жильцы дома на Мира, 84 одними из первых вступили в региональную программу инициативного бюджетирования, подготовили проект благоустройства и получили 300 тысяч рублей. Еще 1 % добавила управляющая компания. На эти средства проложили тротуарные дорожки и заасфальтировали детскую площадку.

Остаток на счете: сгорает или переходит?

Не сгорает. В отличие от мобильных операторов, где неиспользованные гигабайты и минуты исчезают, положительный остаток на лицевом счете дома переходит на следующий год. Отрицательный – тоже переходит.

«Собираемость варьируется: в одном месяце недосбор, в другом кто-то долг заплатил – пересбор. Смотрим по году. Условно: собрали 100 тысяч, потратили 97, остаток в 3 тысячи идет на следующий год», – приводит пример Дмитрий Кривов.

Управляющая компания не может забрать эти деньги себе. Они остаются на счете дома.

Почему ремонта давно не было?

Распространенный миф: есть нормативные сроки ремонта подъезда. Их нет. Все зависит от технического состояния.

Если подъезд обветшал: краска потрескалась, штукатурка сыпется – ремонт стараются запланировать на ближайшее время. Но одномоментно отремонтировать полторы тысячи подъездов, которые стоят на очереди только в одной управляющей компании Заречного, невозможно: не хватает маляров, а зарплаты, которые может предложить управляющая компания, ограничены тарифом.

На 1 октября 2026 года, в Заречном 1689 должников за жилищно-коммунальные услуги. Цифра сухая, но за ней – реальная нагрузка на управляющую компанию и на каждого исправного плательщика.

Что происходит, когда дом собирает меньше, чем должен? Управляющая компания не может взять деньги из воздуха. В итоге страдают все.

«Мы лавируем между деталями: и качество какое-то выдать, и цену не перегнуть, – говорит Дмитрий Кривов. – Поднять зарплату можно только за счет повышения тарифа, а это сразу ляжет на плечи собственников».

Главный совет

Самая частая проблема – совсем не бездействие управляющей компании, а разобщенность жильцов. Когда 25 собственников приходят по отдельности, каждый озвучивает свою просьбу: одному нужна лавка, другому – урна, третьему – цветы, четвертому – покраска. Заявки выполняются по мере поступления, средства расходуются. В результате к моменту, когда возникает потребность в более серьезных работах, например в установке малых архитектурных фор или ремонте, – денег на счете дома уже не остается.

Разрозненные требования не позволяют сформировать общий план и распределить бюджет на год вперед. Только активный совет дома, действующий от имени всех собственников, способен расставить приоритеты, накопить средства и направить их на действительно важные цели. Без такой консолидации содержание нашего жилья будет как в басне «Лебедь, рак и щука» – каждый тянет в свою сторону, а воз и ныне там.

Автор: Александра Бубнова

Фото: Денис Фомин

Инфографика: Татьяна Глухова